А. Драбкин. Судьба солдата (статья в журнале XXL май 2009)

Совершение маршей

Наспех обученное пополнение ехало на фронт в товарных вагонах, в которых стояли двухэтажные нары, топилась печка буржуйка. Останавливались на станциях, ели горячую пищу и ехали дальше. Вспоминает Василий Брюхов в 1944 году отправившийся на фронт командиром танкового взвода: «Нам строго предписывалось попутчиков не сажать, но сколько же было желающих! Они, согнанные войной с насиженных мест, эвакуированные за многие километры, двигались обратно на родину. Всеми правдами и не правдами пробирались на платформы, забивались под тенты». Настроение у солдат было разное, в многом завесившее от периода войны – более подавленное в начале, более приподнятое ближе к победе. Вспоминает пехотинец Владимир Бухенко, ехавший на фронт летом 1942 года: «По дороге на фронт мы на остановках постоянно общались с ранеными, которых везли в тыл на лечение. И получалась из их рассказов, что воевали они всего месяц- два максимум. Мы начали потихоньку понимать, что в лучшем случае через два месяца и нас повезут в госпиталя…». Тем не менее, даже в тяжелейшем 1941 году, как вспоминает стрелок-радист танка Т-34 Леонид Кац: «Но отчаяния или ощущения обреченности не было. Нам было всем по двадцать лет, все патриоты, воспитанные советской властью в фанатичном духе».